Опубликованно

7. Особенности психологии предпринимателей в мире онтологически приговорённом к неопределённости

Таким образом в трех последних комментариях мы разобрали отношение Найта к «технологической» и «рисковой» концепциям предпринимательской прибыли. Любопытным будет реконструировать его отношение к третей — «психологической» концепции. Найт согласен с тем, что эмпирические индивидуумы, по преимуществу занимающиеся предпринимательством, обладают специфическими психологическими и личностными качествами.Каковы же они?

Для многих людей характерна иррациональная вера в собственную удачу, и эта вера удваивается, когда они принимают в расчет свои личные достоинства, делают ставку на собственные силы. Нет сомнения, что именно предприниматели относятся к подобному психологическому типу: они — «отнюдь не сомневающиеся нерешительные индивиды; им присущи бурная энергия, бодрый оптимизм и глубокая вера во все вокруг и в первую очередь — в [самих] себя». Другим важным фактором, характеризующим лиц, занимающихся предпринимательством, является упорство в достижении однажды поставленных целей, которое часто приводит их к краху. Другим словами, важнейшей психологической характеристикой предпринимателей является преувеличение силы собственных знаний и вытекающих из них решений, иррациональная вера в собственную удачу. Эта вера удваивается, когда они преувеличивают свои личные достоинства и собственные силы.

Однако необходимо хорошо помнить, что оборотной стороной предпринимательской прибыли являются убытки. Найт задает вопрос о том, какой из этих исходов самоуверенного принятия решений в реальной практике предпринимательства встречается чаще. И в целом склоняется к тому, что убытки сопровождают предпринимательскую деятельность чаще, чем прибыли.

Фрэнк Найт за работой
Фрэнк Хайнеман Найт (1885-1972)

Здесь ещё раз следует напомнить, что согласно концепции Найта, предприниматель «заранее заключает контракты на производственные услуги, исходя из того, что по его ожиданиям можно будет сделать с их помощью». В условиях совершенной конкуренции, издержки производства, которые берет на себя предприниматель, заключая контракты на покупку производственных услуг, отражают ожидаемую им ценность тех продуктов, которые он намеривается произвести в будущем — в момент продажи. Реальные доходы или убытки предпринимателей в свою очередь возникнут как разница между изначальными ожиданиями и позднейшей фактической ситуацией.

Из этого факта, по мнению Найта, вытекает ряд не-тривиальных выводов.

Во-первых, следует предположить, что предприниматели с большей вероятностью извлекают прибыль в том случае, когда они недооценивают перспективы своего бизнеса. Если же, напротив, они переоценивают свои перспективы (с учетом степени убежденности — этой необходимой движущей силы их воли), они, скорее, понесут убытки, а при правильных в целом оценках не произойдет ни того, ни другого.

Во-вторых, рассматривая опыт конкретных предпринимателей, мы вынуждены признать, что убытки у представителей предпринимательского сообщества в целом возникают чаще, чем прибыли. Понимание того факта, что «деловое предприятие может быть сопряжено с реальным абсолютным убытком, а также может приносить то больший, то меньший доход», приводит к тому, предприниматель почти всегда должен быть одновременно и собственником; он непременно «должен владеть производительной силой той или иной формы». Это связано с тем, что «по самой природе вещей только собственность в состоянии предоставить гарантии от возможных чистых потерь».

В-третьих, тот факт, что предприниматели в своей массе «теряют больше, чем приобретают» приводит к тому, что «эта разница покрывается выручкой, причитающейся им за деятельность, отличную от собственно предпринимательской». Они вынуждены компенсировать вероятные потери от предпринимательского проекта за счёт других источников дохода. Именно этот фактор подталкивает реальных представителей предпринимательского сообщества к тому, чтобы стараться извлечь свои доходы не только из будущей прибыли, но и из других источников — таких как частичная монополия, права собственности, совмещение предпринимательской позиции с получением заработной платы в качестве наемного менеджера, процентных доходов на используемый собственный капитал, а также из различных форм административного протекционизма.

В-четвёртых, необходимо понимать, что общество в целом устраивает такое положение дел. Практически все формы социального прогресса представляют собой различные способы увеличения производительной силы общества «посредством принесения предпринимателями в жертву, или «инвестирования», текущего потребления. Предприниматель может инвестировать имеющиеся у него блага в создание новых капитальных благ (традиционный вариант, служащий образцом для остальных), поиск и разработку новых природных ресурсов, развитие своих личных способностей (или даже в известной мере — способностей других людей), изобретательскую деятельность, совершенствование организации бизнеса, формирование новых общественных вкусов и потребностей». Для этого общество поддерживает и даже стимулирует естественные склонности индивидуумов к преувеличению своих возможностей и силы своих знаний. Тем самым общество как бы перекладывает на плечи отдельных индивидуумов, склонных к предпринимательству, решение проблем, связанных с неопределённостью будущего.

Из этого понимания вытекает и специфическое отношение Найта к опыту социализма. Он подчеркивает, что часто неудачи социалистического ведения хозяйства связывают с отсутствием отвественности должностных лиц за вверенную им в распоряжение общественную собственность. «Общепринято и естественно полагать — пишет Найт, — что наемный менеджер, имея дело с ресурсами, принадлежащими другим людям, будет использовать их небрежнее, чем собственник. Такой взгляд демонстрирует плохое знание человеческой натуры и не подтверждается наблюдаемыми фактами». Найт видит проблему в другом. «Подлинная беда бюрократии не в том, что она неосторожна, а как раз наоборот. Если она не разъедена мошенничеством и коррупцией, то всегда стремится «действовать наверняка» и становится безнадежно консервативной». Наемные функционеры, призванные управлять общественной собственностью, в подавляющем большинстве случаев [если не будут воровать] просто ничего не будет предпринимать.

Таким образом Найт не отвергает наличия «психологических» источников предпринимательства. Однако, его трактовка психологических особенностей людей, склонных к осуществлению предпринимательской деятельности, как бы переворачивает этот вопрос с точностью до наоборот — во всяком случае, по сравнению с «героической» моделью Уокера и других подобных концепций.

https://www.facebook.com/shchedrovitskiy/posts/169679841228639