ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

Против софистов или комментарий к программе и некоторым результатам исследований Георгия Щедровицкого.

Лекция 2. КОНТУРЫ ОНТОЛОГИЧЕСКОЙ КАРТИНЫ

Раздел 2.5 ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

Ход дальнейших рассуждений

Я долго размышлял над тем, как дидактически правильно поступить:

сначала ввести изображение объемлющей онтологии, содержание которой было выражено в схеме мыследеятельности (МД), а потом показать, как происходил переход от онтологических представлений о языковом мышлении к представлениям о мыследеятельности (МД);

или наоборот, двигаться последовательно, как бы имитируя ход реализации исходной исследовательской программы и указывая на те трудности, которые приводили к изменению исходных гипотез.

И остановился на втором варианте.  Хотя, те из вас, кто знаком с работами Московского методологического кружка, могут положить перед собой итоговую схему Мыследеятельности и следить за моим рассуждением, глядя на неё.


Рамкой для эмпирического материала стало понятие «решение задачи»

Как я уже сказал, первыми эмпирическими материалами для анализа процессов «мышления» и связей между специфическими средствами «мышления» и средствами «языка» были тексты, содержащие следы мыслительной работы, выраженные в форме связанных рассуждений. Эта линия завершилась где-то в начале шестидесятых годов.

Достаточно быстро к этому добавились эксперименты в ситуациях учения-обучения, которые:

с одной стороны, позволяли разделить между собой логическую действительность способов Мышления и психологичную (антропологическую) действительность их освоения;

с другой стороны, актуализировали вопрос о возможностях и трудностях присвоения эмпирическим индивидом или группой, осуществляющей совместную (совместно-распределённую) деятельность, тех или иных средств Мышления.

Общей рамкой для двух типов эмпирического материала стало понятие «решения задачи» или «разрешения проблемы (проблемной ситуации)».

Вторая линия работ продолжается до сих пор, сегодня существует пять или семь направлений, в большей или меньшей степени аффилированных с ММК, которые продолжают исследование учебных процессов в логике мыследеятельностного подхода.


Мышление как процесс решения проблем

Впервые ситуации решения проблем/задач для исследования процессов мышления были использованы в лаборатории немецкого психолога и философа, неофихтеанца О.Кюльпе. В числе его известных учеников были Нарцисс Ах и Макс Вертгеймер, большое влияние Кюльпе оказал на Выготского. Позже ситуации решения проблем/задач для исследования процессов мышления активно применялись сторонниками гештальт-подхода.

ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

Ученик Кюльпе Вертгеймер писал:

«Мышление — это не просто решение поставленных задач. Мышление интересуют не просто средства; его интересуют сами результаты и их структурное значение».*

Следы этой линии можно обнаружить в ряде современных трактовок «мышления». Так, в статье в «Философской энциклопедии» В.Лекторский, входивший в одну из групп Московского методологического кружка и испытавший существенное влияние Георгия Петровича, пишет:

«Мышление — процесс решения проблем, выражающийся в переходе от условий, задающих проблему, к получению результата. Мышление предполагает активную конструктивную деятельность по переструктурированию исходных данных, их расчленение, синтезирование и дополнение» . **

Эта статья сто раз перепечатана в философских словарях и энциклопедиях, многие из вас наверняка знакомы с ней или с ее клонами.


Схема воспроизводства деятельности и трансляции культуры

Рассматривая процессы решения задачи, представители Московского методологического кружка (ММК) опирались на принципы, изложенные в схеме воспроизводства деятельности и трансляции культуры, и различали

с одной стороны, способы мышления и деятельности, зафиксированные в качестве норм «правильного» решения на уровне культуры и процессов трансляции;

с другой стороны, процессы актуализации или реализации этих способов в конкретных ситуациях в ходе детско-взрослого взаимодействия или самими детьми в их индивидуализированном действии.

То есть «норму» и «реализацию».

ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

Двойная нормировка речи и языка

Здесь возникает чрезвычайно любопытное наложение двух линий исследования.

Как любил говорить Георгий Петрович, на новом эмпирическом материале ММК переоткрыл известное различение «языка» (lange) и «речи» (parole), введённое Ф. Соссюром в своём «Курсе общей лингвистики».


Соссюр утверждал следующее: когда вы смотрите на речевое поведение человека -langage*, в нем скрыто две игры – языка (культуры, нормы) и речи (говорения). Мы опираемся на нормы языка, пользуемся нормативно устоявшимися значениями терминов, нормативными конструкциями построения фразы, но каждое слово мы вылавливаем из арсенала под ситуацию.

Напомню, что в этой модели язык рассматриваться как нормативное, парадигматическое, а речь как ситуативное, синтагматическое образование. Язык задаёт «норму», речь ее воплощает.

Важное отличие подхода ММК состояло в том, что процессы коммуникации или речевой деятельности, рассматривались там как результат пересечения и наложения друг на друга двух типов норм, не сводимых друг к другу — норм «языка» и норм «мышления». Не один тип норм, а два разных типа, которые в процессе речевого поведения смешиваются, накладываются друг на друга.

ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

Третий тип норм

Позже возникнет вопрос о месте и роли третьего типа норм — социальных или институциональных — что сблизит исследовательскую программу Московского методологического кружка с линией Фуко и школой дискурса.

Существует еще одно французское понятие discours — это не язык, не речь и не речевое поведение, а социально статуированное и позиционированное речевое поведение. В разных ситуациях, с разными социальными структурами, с разными людьми мы говорим по-разному.

Кстати, у японцев речевое поведение сильно зависит от того, с кем ты разговариваешь: с человеком, которому столько же лет, сколько тебе, со старшим, или с младшим, с подчиненным или с начальником.

То есть не два типа норм регулируют логос, а, как минимум, три, и это совершенно разные нормы — они не совпадают друг с другом, между ними всегда есть разрывы или наложения.

ΛΌΓΟΣ регулируют, как минимум, три типа норм

Но даже появление двух типов норм — собственно «языковых» и «мыслительных» — не сводимых друг с другу (гипотеза, направленная против так называемого лингвистического поворота в философии и всех попыток сведения Мышления к Языку) — позволило по-новому поставить вопрос о соотношении «воспроизводства» и «развития» в исторических процессах.

Георгий Петрович утверждал, что мы мыслим не в языке, или не только в языке.

Если двигаться в логике схемы воспроизводства деятельности и трансляции культуры, то на место ситуаций деятельности, которые первоначально рассматривались исключительно в логике воспроизводства нормы (такой тип ситуаций безусловно имеет место быть), в какой-то момент были положены ситуации коммуникации, являющиеся точкой пересечения и интерференции разных типов норм.

Резонно было бы предположить, что именно ситуации коммуникации могли стать источником мутаций в процессах воспроизводства, появления новообразований и, по мере их дальнейшей трансформации — как в искусственном, так и в естественном залоге — механизмами развития мыследеятельности (МД).

Ситуации коммуникации являются своеобразным реакторами, смесителями, в которые приходят как нормы языка, так и нормы мышления, и там они «переплавляются», и появляются новые нормы, часть из которых удается вписать в процесс трансляции, а часть – нет, и дальше они не воспроизводятся в других ситуациях коммуникации. Там, например, могут возникать новые термины, которые потом приобретают культурные и лингвистические значения, а другие умирают.

А существуют сообщества без языковой нормировки.  Известна история, как в африканское племя приезжает исследователь, записывает все слова, которыми они пользуются, выясняет их значения, составляет словарь, уезжает; через 15 лет с этим словарем приезжает другой исследователь, и выясняется, что тех слов уже нет, а есть совершенно другие. Что это значит? Речевое поведение есть, а языка нет.

Наверное, вы догадываетесь, куда я клоню: есть общество без мышления. Мышление не воспроизводится с необходимостью, речевое поведение может воспроизводиться без мысли. Ни понятий, ни схем, ничего за ним может не стоять.

Поймите меня правильно – это нормальный феномен, такое часто происходило в истории человечества, и нужно проделать специальную работу восстановления нормативного слоя мышления, чтобы оно появилось как обязательный момент. Это непросто и не всегда получается.

Читать далее…

Понравилась ли Вам статья?

Вам также могут понравиться

Scroll to Top

Задайте свой вопрос

Заполните форму подписки